Экскурсия по дому: наполненный современным искусством Мельбурнский дом галериста

от

В Мельбурнском доме галериста Анны Шварц происходит поразительный диалог между архитектурой и искусством.

То, что вы видите — это то, что вы получите с Анной Шварц, неутомимым Мельбурнским галеристом, которая олицетворяет собой настоящее выставок современного искусства. Она прямолинейна, одевается исключительно благодаря концептуальному творчеству Дзюнъи Ватанабэ, высмеивает мрачную ностальгию — «история моего пути к искусству так часто рассказывалась» — и не любит рассказывать о себе, но действительно любит строгость и педантичность компании Denton Corker Marshall (DCM), архитекторов как ее дома в пригороде Карлтона, так и ее штабквартиры в переулке Флайндерс Лейн.

«Я просто делаю то, что хочу”, — говорит она, отвергая все банальные ее описания как руководителя галерейного бизнеса. “Я думаю, что это хорошая идея — жить концентрируясь на своей сущности и анализировать свои идеи. И неудачная идея — слишком много задумываться о том, как другие видят вас. Чего вы этим достигнете? Ничего.”

В мире искусства, пропитанном ажиотажем, такая реакция освежает, но раскрывает небольшую часть инстинктов и импульсов, которые в течение трех десятилетий поддерживали положение Шварц на вершине неустойчивого современного искусства Австралии. Она — загадка вне мировых художественных кругов; Шварц и ее муж-издатель Морри, титан именитых периодических печатных изданий (The Monthly, The Saturday Paper, Quarterly Essay и многих других), всецело ориентированы на семью. Но те, кто приглашен в скульптурные изгибы их дома, старую пекарню, превращенную в логово Бондовского злодея Барри Маршаллом и Джоном Дентоном из DCM, знают, что за закрытыми дверьми так называемая властная пара смягчается и становится обаятельной домашней парой, раскрывающей себя настоящих, хотя обычно и склонных к различного рода перфомансам.

В этот понедельник в полдень Анна, бурлящая смесь кудряшек и наряда от Commes des Garçons, готовит куриный суп в отделанной оцинкованной сталью кухне, которая переходит в широкую арку отделанной тем же глянцевым металлом лестницы. В дальнем конце кухонного пространства, длинного пейзажа из разноразмерных ящиков и шкафов, Морри ждет своего «еврейского пенициллина», терпеливо сидя на скамье, которая как лезвие, маркированное DCM, проникает в композицию жилого пространства с похожим на «карту города» расположением предметов интерьера. В этом открытом пространстве с большим количеством мелких деталей, при этом подходящем и для проведения арт-вечеринок — Анна как известно принимает у себя в гостях художников на благотворительной предновогодней вечеринке – находится диван в кричащих цветах La Michetta от Гаэтано Паше и неоновая инсталляция, созданная мастером концептуального искусства Джозефом Кошутом.

Его настенная инсталляция #1149. (On Color / Multi #3) (1991 год) освещает вопрос о природе бытия, который отражается еще более широко в архитектуре DCM. Ограничивая свое влияние на сам дом (но усиливая его на прототипах идей), архитекторы сделали визуальный акцент на «почему?» из вопросов Кошута, а не на банальном «как?», который так характерен для современного Мельбурна.

Они объединили старую промышленность с новым интерьером в стиле грузового отсека стелс-бомбардировщика, который изгибается в определенной его части, чтобы обеспечить доступ к приватным зонам и саду c парящими платформами и платановыми деревьями от компании Tract Consultants. DCM разрывает шаблоны дизайном потолочных конструкций: несмотря на небрежность в дизайне, они объединяют пространственное положение интерьера библиотеки второго этажа с горизонтальной структурой флуоресцентных ламп освещения и пронзают хаос первого этажа над группой текстовых скупльптур Эмили Флойд «Стратегия проникновения в дома буржуазии» (2003г). За огромный вклад в исполнение проекта DCM получили национальную архитектурную премию от Австралийского Института Архитектуры в 2011 году.

”Все дело в художниках», — говорит Анна в этот момент, чтобы прорекламировать свою звездную «конюшню». Это когорта постоянных и новых игроков, чьи широкомасштабные перфомансы меняют представление о том, каким может быть искусство, как например недавнее трехдневное захоронение заживо художника Майка Парра под дорогой Хобарта в рамках фестиваля темного солнцестояния в Тасмании. “Вокруг меня есть только то, во что я верю и что мне нравится, но я считаю своей обязанностью сделать работу и идеи доступными для людей — дать им путь к смыслу и окончательному наслаждению.”

В то время как этот путь к удовольствию может быть десятилетним медленным танцем с коллекционерами, враждебными к перспективе иметь гигантские шары из дутого пластика в своих гостиных — а-ля игра придания мыслям формы Микала Дуайера в гостиной Анны Шварц — Анна, в конечном счете, заставит их принять свою материалистическую позицию и с гордостью поддержать ее далее. Великие художники могут изменить вкусы людей, но великие галеристы могут изменить само восприятие и это безусловное достижение Анны. Она привносит отношение, архитектуру, почти религиозный акт веры в свою художественную паству и не поддающуюся количественной оценке ауру, которая добавляет ценности искусству.

”Но галерея — это не магазин» — говорит она, подавляя любое предположение, что ценность приравнивается к деньгам. «Это учреждение, которое открыто для общественности. Из тысяч людей, которые проходят через каждую выставку, возможно только четверо купят что-то. Правда в том, что покупка крупной работы позволяет галерее оставаться открытой.» Так что же впускает художника в ее ауру? “Я не ищу ничего особенного, нет никакой формулы» — говорит она. «Все галеристы знают свою культурную специфику и будут выбирать художников с точки зрения языка и их культурного сочетания. Меня интересуют те, кто покоряет новые территории и мыслит по-новому, но в конце концов, это просто инстинкт, и вам выбирать анализировать что это или нет.”

Догадываясь, что в этом равны доли опыта, призвания, знаний и ужаса, Анна коротко описывает это как “удар молнии” — яркую вспышку из ниоткуда, которая разрывает небеса в случайном месте. Но все намеки на случайности в сторону — этот штормоподобный галерист правит полем сверкающих светил, которые развенчивают миф о том, что молния никогда не ударяет в одно место дважды.

Источник: https://www.vogue.com.au/

No tags 0