Внутри римской квартиры 15-го века, переделанной в современное жилище для холостяка

от

В гостиной стеклянные двери ведут на террасу с видом на город возле Испанской лестницы, а в углу находится винный погреб. Фотография: Андреа Феррари

Хотя 21-й век оставил свой отпечаток на Риме – вспомните музей Ara Pacis работы архитектурного бюро Richard Meier & Partners Architects и Национальный Музей Искусств 21-го века работы Захи Хадида, не говоря уже о множестве шикарных новых баров, ресторанов и бутиков – римляне остаются, по большей части, непреклонной кучей традиционалистов.

Тем не менее, когда квартира 15-го века, находящаяся в двух шагах от Испанской лестницы, нуждалась в современном ремонте, итальянские архитекторы не могли не представить свои предложения. Владелец, Франсезо «Чекко» Бандини, сын итальянского инженера и дочери перуанского дипломата, распахнул свои двери и выслушал их идеи.

«Один архитектор предложил установить фонтан в центре гостиной. Я сказал: «Хорошо, спасибо за то, что пришли», — вспоминает Бандини, который не возражал против радикальности, только если она была современной. Приходил так же и Микеле Моле из студии Nemesi Studio, чьи ранние эскизы квартиры выглядели как декорации для Star Trek. Бандини искал что-то, что отражало бы его холостяцкий и тусовочный образ жизни. «Пока я не переехал сюда, я жил в доме моих родителей, который очень традиционен: цветочные узоры, паркетные полы и много деревянных панелей. Я знал, что хочу жить по-другому, и Микеле помог мне в этом.»

В верхней части квартиры даже книжные полки за пределами спальни владельца сделаны из стали. Разделенный уровень означает, что естественный свет льется вниз. Фотография: Андреа Феррари

Тестируя на прочность отношения между клиентом Бандини и архитектором Моле, на выполнение проекта ушло почти четыре года. «Самое сложное было объяснить концепцию и найти работников, которые ее построят. Каждая часть проекта должна была быть индивидуально спроектирована и реализована вручную», — объясняет Моле, чья римская практика создала интерьеры для целой группы квартир и зданий в Италии, который также работал консультантом в таких ярких международных фирмах, как Morphosis в Санта-Монике, Foster + Partners в Лондоне и Rem Koolhaas’s OMA в Роттердаме.

Первым шагом Моле было избавление от старомодного облика квартиры площадью 320 кв. м.: множество комнат с ковровым покрытием от стены до стены, зеркальная столовая и кичливая золотая ванная комната – наследие дизайна интерьеров 1960-х от Ренцо Монгиардино. Затем Моле использовал нержавеющую сталь для полов, потолков и стен на трех уровнях. Не существует двух одинаковых кусков стали, поэтому все складные, сложенные пополам, волнистые поверхности были вручную прямо на месте. Лестница с перилами, плавающая в воздухе и угловатая, превращается в то, что Бандини называет «своим личным подиумом», и на ее строительство ушло шесть месяцев. «Я не был доволен временем, которое занял этот проект, но он предлагал совершенно особый образ жизни. Это было экспериментально», — объясняет Моле. Единственным готовым элементом, который он использовал, были окна.

Во всем пространстве абстрактные формы используются как мебель. На кухне раковина, рабочая поверхность и обеденный стол поднимаются из стального пола, как гигантские кристаллы. Поверхности пересекаются, складываясь и изгибаясь сложными способами, которые одновременно успокаивают и дезориентируют. Основное жилое пространство обширное и открытое, ведет на просторную террасу на крыше с видом на живописную часть города. Это идеальное место для частых масштабных вечеринок Бандини, таких как празднование 45-летия Валентино прошлым летом для более чем 100 гостей.

Ванная комната, с креслом Филиппа Старка «Эрос», разработанным для компании Kartell. Фотография: Андреа Феррари

Общение – это действительно смысл «Республики Чекко», как друзья окрестили его квартиру. В дверь постоянно звонят. «Мне нравится слышать, как мои друзья смеются в гостиной, пока я готовлю на кухне», — говорит Бандини, который работал налоговым консультантом в течение многих лет, прежде чем понял, что это было причиной его постоянного плохого настроения. Теперь он управляет имущественным портфелем семьи — от офисов до гаражей в Риме и его окрестностях, построенных его покойным отцом — и наполняет свою жизнь, не относящуюся к работе с девяти до пяти, игрой в теннис, возней со своим старым Ducati и перелетами между Римом, Лондоном, Ибицей и Таиландом.

«Я видел много лофтов в своей жизни, — говорит Бандини, — но именно  материалы делают этот особенным». Он позволяет пространству говорить самому за себя: помимо высокотехнологичной техники, у него мало вещей и практически нет ничего, относящегося к искусству или дизайну. «Меня не волнует мебель. Дайте мне диван, стол, пепельницу. Квартира является произведением искусства. Так что мне еще нужно?» — размышляет он. «Мой отец никогда бы этого не понял.»

Стены, пол и потолки покрыты нержавеющей сталью. В высокотехнологичной кухне сталь выступает из пола и переходит в стол, плиту и раковину.

В гостиной находится стойка для суши из нержавеющей стали с шахматной доской и нардами на одном конце, которая далее примыкает к лестнице. Офисная зона спрятана в углу.

Источник: https://www.wallpaper.com/

No tags 0